Главная » Компании » От упадка белый христианский мир могут спасти лишь русские — если создадут свою великую страну

От упадка белый христианский мир могут спасти лишь русские — если создадут свою великую страну

ФАКТОР НОВОЙ РУССКОЙ СВЕРХДЕРЖАВЫ

Итак, политика деиндустриализации и «неограниченного капитализма» уже подвела Запад к краю пропасти, к перспективе утраты мирового лидерства, к застою в науке и образовании. Власть неумолимо смещается на Восток.

В этих условиях у белого мира осталась последняя надежда — мы. Создав на месте РФ динамично-инновационную, агрессивно развивающуюся сверхдержаву, русские могут изменить нынешний ход истории.

ФАКТОР МИРОВОГО ПРОГРЕССА

«… Побудить американцев сплотиться под лозунгом сострадательного выравнивания гораздо труднее, чем объединить их угрозой коммунизма. «Транслировать чувство опасности национального масштаба намного проще, чем чувство опасности отдельного человека», — сказал эксперт по вопросам внешней политики из Университета Джона Гопкинса Майкл Мандельбаум. Экономическое состязание, уже не раз говорилось, непохоже на военное — оно всегда может быть обоюдовыигрышным. Но иногда я жалею, что экономика так отличается от войны. Во время «холодной войны» мы собственными глазами видели парады ракет на Красной площади. Мы все, от одного края страны до другого, были преисполнены страха, и нашим политикам приходилось всерьез заботиться о том, чтобы нужным образом распределять ресурсы и образовательные программы: Америке ни в коем случае нельзя было отставать.

Увы, сегодня Индия не грозит нам ракетами. На смену «горячей линии», соединявшей Кремль и Белый дом, пришла «линия поддержки», соединяющая каждого американца с колл-центром в Бангалоре. Если на другом конце горячей линии Леонид Брежнев угрожал нам ядерной войной, то на другом конце линии тихий голос предлагает нам разобраться со счетом от «Америка Онлайн» или никак не запускающейся компьютерной программой. В этом голосе нет ни малейшего отзвука слов, когда-то произнесенных Никитой Хрущевым под стук ботинка о трибуну ООН, или зловещих реплик офицеров спецслужб из фильма «Из России с любовью». Борис и Наташа с их грубым русским акцентом больше не грозят нам: «Мы вас похороним». Нет, теперь мы слышим приветливый голос с едва уловимой индийской интонацией, и он не просто не вяжется ни с каким предчувствием опасности. Он лишь произносит: «Добрый день, меня зовут Раджив. Чем я могу вам помочь?»

К сожалению, Раджив, ничем…

… Исходное допущение, что более чем столетнее мировое господство американской экономики будет… продолжаться впредь, сегодня является иллюзией, по опасности сопоставимой с иллюзией 1950-х годов о гарантированном американском первенстве в научно-технической сфере. Само собой ничего не произойдет… Нам предстоит научиться делать многие вещи иначе, чем мы привыкли. Это потребует от общества той же волевой концентрации, к которой призывал Джон Кеннеди в своем знаменитом обращении к Конгрессу 25 мая 1961 года — в речи «о насущных потребностях нации». В тот момент Америка оправлялась от двойного шока: запуска первого спутника и запуска первого космонавта, Юрия Гагарина, случившегося за пару месяцев до президентского выступления. Кеннеди прекрасно понимал, что, несмотря на свой огромный человеческий и структурный потенциал — гораздо больший, чем тот, которым располагал Советский Союз, — Америка не задействовала его в полной мере… »

Так написал в «Плоском мире» Томас Фридман.

Сегодня очевидно, что, если бы советские верхи не погрязли в маразме (а потом и в откровенном предательстве), если бы они сделали ставку не на тупое наращивание танковых и сухопутных сил, а на прорывные проекты, то сегодня мы имели бы совершенно иной мир. В нем, помимо невероятно развившихся компьютеров, мобильной телефонии и телекоммуникаций, были бы:

— новые многоразовые транспортно-космические системы, на основе коих можно было создавать экспедиционные комплексы для создания баз на Луне и марсианских экспедиций;

— воздушно-космическая авиация, из военного варианта коей вырастали сверхскоростные пассажирские самолеты с гиперзвуковыми скоростями;

— орбитальные заводы для производства сверхчистых веществ;

— квантовые компьютеры;

— межпланетные корабли с ядерно-электрореактивными двигателями;

— сверхкомпактные атомные энергоустановки;

— суперэффективные солнечные батареи;

— энергетика на водородных топливных элементах (реально питавших корабли типа «Аполлон»);

— сверхбольшие транспортные и боевые самолеты типа «летающее крыло»;

— экранопланы и экранолеты;

— совершенно новые виды дешевого скоростного транспорта;

— полностью роботизированные, гибкие производственные системы.

При желании список можно продолжить. Вплоть до строительства домов из сверхлегких и прочных ячеистых материалов, до жилищ, снабженных автономными системами жизнеобеспечения. Вплоть до новых методик школьного и вузовского образования, что позволяют за те же 15 лет учебы превращать человека в супергения.

Разрушение СССР и конец противостояния привели мир к застою. К миру гламура, засилья компьютеров и сотовых телефонов (при полном застое в энергетике и других областях материальной деятельности), вечного снижения издержек и переноса производств в Китай. Запад на глазах стал тупеть, деградировать, погрязать в мелочности и откровенной коррупции.

Тоска от такого мира поражает теперь и самих западников.

Они с надеждой глядят на нынешнюю РФ, думая, что она вступает в серьезное противостояние зарвавшейся Америке. В самом деле, из Москвы полетели заявления о новых планах перевооружения, о космических амбициях и т.д.

Но, увы, пока что все это — лишь слова, что еще предстоит воплотить в реальные свершения.

Главная идея западных интеллектуалов, в начале XXI с ужасом глядящих на закат белого мира, ясна. Лучше ожесточенное противостояние с русской технократической Империей, чем тихое гниение в гламурно-либеральном и политкорректном мире глобализации, где верх медленно, но верно берут китайцы с индийцами, а научно-техническое развитие угодило в вонючее, застойное болото. Ибо противостояние похлестывает научно-технический прогресс, прижимая торгашество. Противостояние возвеличивает фигуры творцов и мечтателей.

УРОКИ ИСТОРИИ

Вы никогда не задумывались, читатель, каким был бы мир второй половины ХХ века, удайся замысел американских операторов истории во Второй Мировой? Ну, если бы СССР, победив гитлеровскую Германию в «битве гигантов», истек бы затем кровью и пал? Если бы (по американскому плану 1947-го) Союз разрезали на «суверенную лапшу» не в 1991-м, а еще тогда?

О-о, каким скучным и серым получалась такая реальность! Мир, где нет полетов в космос: ведь в США-мировом гегемоне, что возвышается и над обломками СССР, и над кусками Китая, и над бедной Европой, восторжествовал бы дух торгашества пополам с примитивной военщиной. Нет стимула для развития (противостояния-соревнования с Советским Союзом) — незачем и в космос рваться. А на черта? Дорого, прибылей не сулит. Чтобы удерживать господство над «шариком», хватит и привычной техники: тяжелых «летающих крепостей» с обычными и атомными бомбами, авианосцев, морской пехоты, ВДВ и танков. Да и с кем драться-то? Китай не поднялся. Япония и Европа — тоже в дерьме. Ведь в нашей реальности США вкачали в них миллиарды долларов по «плану Маршалла» и открыли для них свой богатый внутренний рынок лишь с одной целью: чтобы европейцы и японцы смогли подняться и разбогатеть. Чтобы в них не победили коммунисты — и эти части света не достались русским. А коль СССР нет — нет резона подкармливать Старый Свет. Потому Европа и Япония в той реальности — нищие провинции, угодливо смотрящие в рот дяде Сэму.

Нет надобности состязаться с сильным СССР — не возникают и страны с мощными системами социального обеспечения, с высокими зарплатами, пенсиями и пособиями. Рабочие в Европе бедны, старики — и вовсе нищи, если им не помогают взрослые дети. Мир получается гораздо более серым и суровым, нежели таким, каким он был в пору самого расцвета счастливой и зажиточной жизни на Западе, в 1972 году. Ну, а сами Соединенные Штаты погрязают в тупом самодовольстве. В них правит бал финансово-промышленная олигархия и генералитет.

Нет космоса — нет и компьютерного мира. Нет множества привычных нам достижений и научно-технических прорывов, что родились в ожесточенном противостоянии двух сверхдержав.

Мы, не развалившись после 1945 года и поразив человечество сталинским ядерно-космическим прорывом, сломали планы американских игроков. И тем самым сделали мир лучше. А затем дерзко хлестнули спесивую Америку по роже, первыми вырвавшись в космос. И тут янки поняли, что рискуют крупно проиграть. Внезапно янки с ужасом увидели, что более бедный Советский Союз рванул вперед с головокружительным темпом. Что он лидирует в космосе, строит академгородки, вводит в строй огромные объемы жилья.

Перепрыгнем с вами в 1960 год. Еще не стартовал в космос Гагарин, но СССР уже потрясает воображение своими спутниками и запускает автоматы к Луне. Хрущев колотит ботинком по ооновской трибуне и обещает зарыть капитализм. Что происходит в Америке?

«Только в интересах собственников, некоторых, например высших должностных лиц компаний, щедро вознаграждают за услуги, имеющие сравнительно малое общественное значение. Труд других — ученых, инженеров, художников, учителей — оплачивается очень скупо, хотя их деятельность, по всеобщему признанию, является в высшей степени ценной. По данным «Нейшнл сайенс фаундейшн», в 1960 г. жалованье ученых в Соединенных Штатах колебалось от 6 тыс. до 15 тыс. долл. в год, то есть было гораздо меньше, чем заработок ловкого продавца энциклопедий или пылесосов… » — писал в 1968 году Ф.Ландберг, автор бестселлера «Богачи и сверхбогачи».

То есть, ученый в тогдашних США, как и в РФ наших дней, считался бесполезным чудиком, которому платить много не надо. А в СССР того же самого времени ученые — это элита общества, со времен Сталина высокооплачиваемая и уважаемая. Президент Академии наук СССР Мстислав Келдыш входит в круг первых лиц страны, принимающих стратегические решения. Руководители приоритетных проектов, Генеральные конструкторы (Королев, Курчатов, Янгель, Алексеев, Туполев, Челомей) — цари и боги, перед которыми дрожат и чиновники, и промышленники. Они определяют будущее. Выяснилось, что советские средняя школа и вузовская система работают намного эффективнее американских аналогов. Результат налицо: США видят, как более бедная страна Советов опережает их. И если положение дел сохранится, то в 1980 году СССР обставит по величине ВВП Соединенные Штаты, получив громадное превосходство в прорывных видах техники.

Надо отдать должное американцы: они смогли вовремя отреагировать на русский вызов. В 1961 году к власти приходит предпоследний из самых великих президентов США: Джон Ф. Кеннеди. 25 мая того же года, всего через несколько недель после шока от полета Гагарина, Кеннеди произносит историческую речь, что встряхнула приунывшую Америку. Именно тогда он призвал американцев первыми в мире высадится на Луне:

«… Я убежден, что мы обладаем всеми необходимыми ресурсами и способностями. Но по сути дела мы все еще не приняли тех государственных решений, не обеспечили ресурсами те сферы, которые принципиально важны для нашего будущего лидерства. Мы не определили долгосрочные цели в нашем графике неотложных дел, мы не начали распределять ресурсы и время для их скорейшего выполнения…

Должно быть абсолютно ясно, что я прошу у Конгресса и у страны твердой приверженности новому курсу, который потребует многих лет и серьезных издержек для своего осуществления… Это решение требует привлечения основного массива научных и технических кадров нации, ее материальных и производственных ресурсов, возможности переключения их с других важных направлений деятельности, между которыми они в данный момент распределены. Оно подразумевает такую преданность поставленной задаче, такую степень организации и дисциплины, которая прежде не отличала наши исследовательские проекты…

В связи со всем вышесказанным я передаю на рассмотрение Конгресса новую Программу подготовки и обучения людских ресурсов. Эта программа подразумевает подготовку и переквалификацию в четырехлетний период нескольких сотен тысяч работников, главным образом в областях, которые страдают от хронической безработицы, вызванной технологическими факторами. Ибо профессиональные навыки, которые уходят в прошлое в связи с автоматизацией и перестройкой промышленности, должны быть заменены новыми навыками, вызванными к жизни новыми производственными процессами… »

После этого США вложили громадные деньги в подготовку армии специалистов высшего класса, в науку и вузы, в новейшие технологии. Да, Кеннеди убили в 1963-м, но и его преемник, президент Линдон Джонсон, в 1964-м выдвинул программу «Великого общества».

«У нас есть силы придать цивилизации ту форму, которую мы захотим. Но чтобы построить такое общество, нам нужна ваша воля, ваш труд, ваши сердца. Люди, когда-то прибывшие на эту землю, не просто хотели создать новую страну. Они мечтали создать новый мир. И сегодня… вы можете сделать их мечту нашей реальностью. Поэтому возьмемся прямо сейчас, не откладывая, за нашу общую работу — чтобы в будущем люди могли оглянуться и сказать: «В ту эпоху, после долгого и трудного пути, человечество наконец обратило достижения своего гения к обогащению своей жизни!»

Необходимость состязания с Советским Союзом заставило США и Европу вложить несметные суммы в «неприбыльные» науку и образование. В «неприбыльные» программы фундаментальных и научно-исследовательских работ. В те, что на выходе дали и промышленных роботов, и интегральные микросхемы, и компьютеры, и Интернет с мобильной телефонией, и громадную ИТ-индустрию, и биотехнологии, и энергосберегающие технологии, и многое другое. Именно так СССР спас тогдашний белый мир от застоя, деградации и отравления его духом торгашества, «делания денег ради денег».

ТОСКА ПО «СТРАШНЫМ РУССКИМ» В НАШИ ДНИ

Все больше западных интеллектуалов сегодня понимают, какой трагедией для белого мира стало падение СССР. С ужасом наблюдая за тем, как лидерство перехватывают азиаты, тот же Томас Фридман с тоской вспоминает времена Кеннеди, глядит на «плоский мир» глобализации и стенает.

«… От нас требуются столь же масштабные, энергичные и сконцентрированные усилия, как и для отпора коммунизму. Нам требуется создать свой вариант кеннедиевых «Новых рубежей» и джонсоновского «Великого общества», который придется впору веку плоскости. Нам требуется президент, который способен призвать нацию к интеллектуальному развитию и упорному труду на ниве естественных наук, математики, инженерного дела — ради достижения новых рубежей знания, которые в плоском мире стремительно отодвигаются все дальше в будущее. И нам требуется великое общество, которое будет подстегивать правительство к созданию инфраструктуры, страховочной системы, институциональной сети, дающей каждому американцу шанс повысить свою трудоустраиваемость в эпоху, когда больше никто не может рассчитывать на гарантии пожизненного трудоустройства…

… Такая задача требует лидера с творческим подходом. Президент Кеннеди понимал, что соревнование с Советским Союзом было не гонкой за первенство в космосе, а состязанием за первенство в науке, а на базовом уровне — в сфере образования. Тем не менее он выбрал особый путь, чтобы призвать американцев к самопожертвованию и упорной работе ради победы в «холодной войне» — цели, требующей масштабного ускорения развития научно-технической отрасли: он изложил народу свою программу запуска ракеты с человеком на Луну, а не запуска ракеты с боеголовкой на Москву… »

Наблюдая идиотическое царствование президента Буша-младшего и его «неоконов» (неоконсерваторов) в 2000-2008 гг., Фридман удивляется их непроходимой тупости. Это надо же: вломить такие деньги в никому не нужную оккупацию Ирака (в 2003-2007 гг. — более четверти триллиона долларов), а не в передовые научные исследования! Да за такие деньги Буш-юниор мог бы создать альтернативные источники энергии, тем самым сбив мировые цены на нефть в несколько раз — и навсегда лишив денег арабских исламо-фундаменталистов, Иран, Венесуэлу и Росфедерацию. И сам же с горечью констатирует: да разве у таких, как Буш, на это мозгов хватит?

ВОЗМОЖНОЕ БУДУЩЕЕ

А теперь представим, что русским удался переход к инновационной траектории развития. На месте РФ возникает новая сверхдержава, и теперь над Евразией возвышается хохочущий, уверенный в себе гигант. Над головами западников проносятся орбитальные штурмовики-космопланы, русские микроспутниковые системы и орбитальные станции (заводы и «летающие крепости» одновременно). Новая русская держава строит тысячу новых, фантастических городов-ноополисов — и одновременно держит под прицелом своих дешевых твердотопливных ракет повышенной точности едва ли не каждый уголок планеты. Она сооружает промышленность будущего — и ведет работу по созданию сверхчеловеческой расы. Применяет «закрывающие» чудесные технологии — и готовится к экспедиции на Марс.

А это все — вызов куда более сильный, чем вызов времен Хрущева! Куда более опасный, чем вызов Гитлера. Чтобы ответить на него, Западу пришлось бы из кожи вон лезть и жилы рвать. Форсированными темпами искать замену газу и нефти. Поднимать образование, сохранять промышленность на своей территории и вкладывать деньги в повышение рождаемости. Вполне возможно, что ситуация вынудила бы его отказаться от демократии в нынешнем виде, установив у себя систему постфашистских диктатур. Тех, что направлены на подавление финансового капитала и сил деградации, на выдворение исламских мигрантов и на перераспределение ресурсов в пользу подготовки и образования молодежи. Чтобы устоять, Запад был бы вынужден начать грандиозные проекты, создающие отрасли невиданной раньше промышленности.

Например, создание систем противоракетной и противокосмической обороны потребовало бы грандиозной работы по созданию тьмы новых технологий и целых отраслей новой промышленности. Скажем, пришлось бы создавать принципиально новые средства вывода в космос полезных нагрузок, потому как прежние ракеты и «шаттлы» не годились для этого в силу своей дороговизны. То есть, пришлось бы работать над авиационными системами, над новыми двигателями — например, гиперзвуковыми прямоточными. Для производства новых носителей нужно переоснащать заводы совершенно новыми станками и оборудованием. Новая космическая техника требует новых конструкционных материалов и электроники, устойчивой к радиационным воздействиям. Опять же — нужно создавать радиосвязь нового типа, а для управления сложнейшей системой потребуется создать компьютеры нового типа: квантового и нейронного. Потребуется освоение и развитие новых лазерных технологий. И так далее.

Или, например, развитие водородной энергетики диктует необходимость создания совершенных топливных элементов, нового автомобилестроения, новых методов добычи водорода. В ответ на русские многоразовые аэрокосмические системы потребовалось бы создать большие гиперзвуковые самолеты, способные летать на границе атмосферы и космоса. А чтобы они появились, необходимо воздвигнуть новые виды индустрии. И точно так же русский вызов в виде строительства базы на Луне и полета на Марс заставит США идти на аналогичные проекты. Только создание лунного лагеря требовало разработки компактной атомной энергостанции, завода для добычи кислорода и водорода из лунных пород, нового транспортного средства, жилых и лабораторных модулей с потрясающе эффективными системами жизнеобеспечения и климат-контроля.

По сути дела, победившая Россия может навязать Западу и его теневым владыкам новую войну — в форме ожесточенного, беспощадного научно-технического соревнования. Оно не требует миллионных человеческих жертв, зато вливает адреналин в кровь белой расы, заставляя правящие круги западных стран вкладывать большие деньги в наращивание людского капитала, в науку и передовую промышленность. Человечество избегнет застоя. А в итоге родятся технологии, погребающие капитализм и денежный строй, отрицающие его.

Дело — только за успехом русских в строительстве инновационной сверхдержавы. Дело, конечно, сложное и опасное, но оно — единственное условие и нашего национального выживания, и единственная надежда угасающего мира белых христианских народов.

Оставить комментарий

Ваш email нигде не будет показанОбязательные для заполнения поля помечены *

*

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте, как обрабатываются ваши данные комментариев.

x

Check Also

Запад ищет нестандартные пути выхода из рецессии

Нобелевский лауреат по экономике Пол Кругман и известный журналист Питер Кой провели обсуждение в газете New York Times на тему, когда наступит следующий финансовый кризис.